Салон отверженных

Салон отверженных

Весной 1863 года Париж сотрясал скандал. Причиной скандала стало жюри “Салона живописи и скульптуры”, важнейшего, посвящённого искусствам, мероприятия в столице искусств – Париже. Жюри отвергает почти 3000 из 5000 тысяч поданных к рассмотрению картин – более половины. Франция ещё такого не знала. Были ли эти картины плохи? Вряд ли. Скорее жюри руководствовалось “политическими” мотивами – отвергнуты были художники, пропагандировавшие новый, “революционный” стиль в живописи. В число неудачников Салона попали Курбе, Эдуард Мане, Писарро, американец Уистлер и голландец Йонкинд. Это не было бы так возмутительно, если бы они не участвовали – да что участвовали – если бы не получали “почетных упоминаний” на прошлых Салонах.

Увы, в составе жюри прошлых Салонов были Энгр и Делакруа. А в 1863 году главой жюри является 52-летний скульптор, граф де Ньюверкерке – скульптор и чиновник, директор в департаменте Министерства Изящных Искусств. И как всякий чиновник, он верноподданно реализует генеральную линию партии; то бишь своего министра, графа Валевского (ага, внебрачного сына Наполеона I).

Читать далее

Картина, изменившая Париж: “Резня на Хиосе” Делакруа

Резня на Хиосе Делакруа

“Резня на Хиосе” Делакруа

В мае 1823 года молодой, но – по общему мнению – очень многообещающий художник, записал в своём дневнике: “Я решился написать для Салона сцену резни на острове Хиос”. Звали художника Эжен Делакруа.

30 марта 1822 года к Хиосу подошел турецкий флот под командованием капудан-паши Кара-Али. Он должен был наказать жителей острова за поддержку греческого восстания против турецкого правления. Надо сказать, что значительная часть хиоссцев восстания не поддерживала и всячески демонстрировала лояльность к туркам, но – по выражению “Монинг Кроникл” – на своё несчастье «во-первых, они были богатыми, во-вторых, имели семьи и наконец, то что делает две предыдущие вины невыносимыми, они были безоружными». Началось всё с бомбардировки города (на острове был расположен одноимённый город). Потом последовала высадка. В течение 24-х часов было убито около 10 000 человек. Уничтожали всех детей до трёх лет, всех мальчиков и мужчин старше 12 лет и женщин старше 40 лет. Спастись от смерти могли юноши и молодые мужчины, изъявившие готовность принять ислам. После разграбления города – напомним: Хиос был богатым торговым городом – турки двинулись в сельскую местность. Крестьяне ушли в пещеры и леса, и Вахит-паша (начальник турецкого гарнизона на Хиосе) объявил амнистию. Он освободил часть заложников (которых хиоссцы предоставили добровольно ещё в начале восстания – чтобы доказать свою лояльность) и поручил им оповестить об амнистии скрывающееся от турков население. Поверившие в амнистию были убиты. Вслед за ними были уничтожены оставшиеся заложники.

До турецкой высадки население Хиоса составляло 120 000 человек (сейчас там живёт около 60 000). Приблизительно 25 000 человек были убиты, около 45 000 – проданы в рабство. Более чем 20 000 удалось бежать с острова, ещё 10-15 000 умерло от болезней. К лету 1822 года на острове осталось не многим больше 2 000 жителей…

Европейские правительства реагировали на события в Греции весьма сдержанно. На Веронском конгрессе Священного союза, в 1822 году, греки не смогли даже вручить свою петицию, составленную в Аргосе временным правительством и адресованную ведущим европейским державам (Британии, России, Пруссии, Австрии и Франции). Официальная позиция в отношении борющимся за свою независимость греков заключалась в следующем: “…хотя участь этой христианской нации и желательно улучшить, но восстание против законной власти султана заслуживает решительного осуждения”. И значительная часть населения Европы и России разделяла эту позицию. Но не все.

Читать далее

Пожар парламента, скандал и Тёрнер

Пожар английского парламента

Пожар английского парламента, нарисованный Уильямом Тёрнером.

16 октября 1834 года простой народ Лондона ликовал. Наконец-то гнев Божий постиг парламентариев, принявших Новый Закон о бедных; закон обрекавший бедняка на прозябание в работном доме: на фактически тюремный режим, скудное содержание и бесконечный труд. Парламент горел.

На самом деле гнев Божий был ни при чём. Настоящей причиной пожара стали счётные палочки. Правительство отказалось от использования счётных палочек ещё в 1724 году – ибо в то время правительственные клерки уже все были обучены грамоте и счету. Но – как оказалось – правительство было излишне оптимистично. В 1826 пришлось отказываться от злополучных палочек опять. Много лет спустя Диккенс так описал произошедшее в своей речи: “…в 1826 нам сказали, что счётные палочки уже не используются. К 1834 у правительства скопились огромные запасы неиспользуемых счётных палочек; следовательно возник вопрос – что делать с таким количеством изношенного, гнилого, червивого, старого дерева? … Палочки хранились в Вестминстере, и мы – как и любой разумный человек – могли бы предположить, что эти палочки раздадут живущим в окрестностях беднякам на растопку каминов. Но случилось иначе: правительство не может позволить себе применить с пользой такое количество ресурсов. Поэтому решено было эти нелепые палочки сжечь – конечно, в обстановке строгой секретности. Они и были сожжены – в печи Палаты Лордов. От раскалившейся печи загорелась деревянная обшивка на стенах, от обшивки – вся Палата Лордов, а от Палаты Лордов загорелась Палата Общин. Два здания сгорели дотла; и сейчас мы тратим уже второй миллион фунтов стерлингов на их восстановление…”

Читать далее

Томас Гейнсборо, человек, ненавидевший портреты.

“Портреты мне надоели до смерти; я бы предпочел взять виолу-да-гамба и отправиться с ней в какую-то прелестную деревеньку, где я мог бы рисовать пейзажи, наслаждаясь в тишине и покое остатками дней своих. Но все эти прекрасные леди с танцами, чаепитиями, охотой на мужей etc., etc., etc., украдут у меня мои последние десять лет и – боюсь – ещё и мужей при этом не заполучат”

Это написал один из самых известных и востребованных портретистов второй половины XVIII века, получавший за портрет “прекрасной леди” 60 золотых гиней (в то время за 10 гиней можно было арендовать на год домик в деревне или пригороде, а за 40 – шикарную квартиру на тот же срок). Он был сыном ткача и звали его Томас Гейнсборо.

Томас Гейнсборо, портрет четы Эндрюс.

Портрет четы Эндрюс; холст, масло, 119.4 x 69.8 см.; ок. 1750 года.

А это одно из его творений – довольно раннее, но, тем не менее, довольно известное: портрет четы Эндрюс (Роберта и Франсис-Мари). Довольно типичный для того времени семейный портрет – избежавший, правда, псевдоантичных сооружений на заднем плане. Фигуры и лица довольно неуклюжи и никак не способствуют появлению мыслей о мастерстве портретиста. Мистер Эндрюс вернулся с охоты, лицо у него скорее скучное и слегка раздраженное. А вот выражение лица его супруги – поинтереснее и навевает мысли о назревающем семейном скандале. Из-за чего скандал?

Читать далее

Адриан Браувер: гений, воспевший кабак.

Адриан Браувер… Это имя не очень известно: если в истории искусств его и упоминают – то походя, в нескольких строчках. Общепринятое мнение об этом художнике можно свести к следующему утверждению – несмотря на замечательную технику, его картины отвратительно вульгарны. Конечно, фи, у него же на картинах сплошь пьяное мужичьё…

Дерущиеся крестьяне

Не будем голословны: вот оно, пьяное, дерущееся из-за картёжной ссоры, мужичье. “Дерущиеся крестьяне”, Адриан Браувер, масло, дубовая доска, между 1630 и 1640 годами.

Кто он такой? Что мы о нем знаем? Почти ничего, на самом деле – в основном догадки и предположения. Родился Адриан Браувер около 1605 года в Ауденарде, во Фландрии (сейчас это Бельгия). Его отец, по видимому, работал на производстве гобеленов. Вероятно, отец и дал Адриану первые уроки рисования. Предполагают, что он учился у кого-то из последователей Питера Брейгеля-старшего (“Мужицкого”) и у сына Брейгеля – тоже Питера, тоько младшего; достоверно известно, что он учился в Гарлеме у Хальса.

Читать далее

Уильям Хогарт: брак à-la-mode (модный брак)

Уильям Хогарт – не совсем опрятный, полный, низенький и очень ворчливый джентльмен. Кто он? Художник и сатирик. Что он сделал? Брак à-la-mode. Шесть картин до глубины души возмутили лондонское общество. Меценаты отказывались их покупать. Ценители искусств их критиковали. Блюстители нравственности возмущались сюжетом. Высший свет не любит скандалов. Очень не любит. Но настоящий скандал был впереди. В витринах магазинов появилась серия гравюр “Брак à-la-mode”. На глазах у простонародья разыгрывались сцены разврата и порока, взятые прямиком из жизни элиты.

Итак: время действия – 1743-45 годы. Место – Лондон. Тема – сатира и разоблачение пороков высшего общества.

Модный брак. Сцена первая. Подписание брачного контракта.

Модный брак. Сцена первая. Подписание брачного контракта.

Модный брак. Сцена первая. Подписание брачного контракта.

Читать далее

Отто Дикс: кошмар войны.

Отто Дикс родился в 1891 году в Тюрингии. В 1914 году он, в порыве военной истерии записался добровольцем в армию. Сначала служил в артиллерии, потом был прикомандирован к пулеметной части и участвовал в битве на Сомме. Был на русском фронте, потом во Фландрии, участвовал в “Весеннем наступлении” германской армии. Получил Железный крест второго класса за храбрость. В августе 1918 был ранен в шею.

После войны вернулся на родину, потом переехал в Дрезден. Был в числе основателей художественной группы “Дрезденский сецессион”. Считается одним из ярчайших представителей немецкого экспрессионизма.

После прихода к власти Гитлера попал в списки “дегенеративных художников”. Многие его картины были уничтожены и теперь известны только по черно-белым репродукциям. В 1939 году – арестован. В 1945 – мобилизован в фольксштурм. Попал в плен к французам. Умер в 1969.

Отто Дикс. Захваченная траншея.

Отто Дикс. Захваченная траншея.

Читать далее

Лошади Дега.

Возьмите аристократа второй половины XIX века, дайте ему холст с красками и попробуйте угадать, что он нарисует. Если Вы сказали “лошадь” – Вы выиграли и смело можете переходить к просмотру картинок. Можете, впрочем, и не переходить – обещаем быть краткими и рассказать несколько сплетен более, чем столетней давности. Итак, знакомьтесь: Эдгар Дега. Желчный старик, который перед этим был желчным мужчиной во цвете лет, а еще раньше – желчным молодым человеком. Потомок знатного франко-итальянского рода, сын банкира, Дега вел образ жизни, свойственный светскому человеку.  Визиты в аристократические особняки, опера (он был большой почитатель музыки), прогулки по Бульварам… и конечно, скачки.

Эдгар Дега. На скачках. Старт (1861).

На скачках. Старт (1861).

Семья, надо заметить, не была в восторге от занятий молодого Эдгара живописью; но со временем то, что один из членов семьи мог заработать на жизнь руками спасло клан Дега от финансовой катастрофы. После финансового кризиса и краха семейного банка лишь продажа картин непутевого родственника позволила рассчитаться с долгами и хотя бы частично восстановить утерянное имущественное положение. Ради того, чтобы продавать как можно больше картин, Дега даже оставил живопись маслом и перешел на пастель.

Читать далее

Человек, который знал все о розах (Пьер-Жозеф Редуте).

Есть люди, которые могут изобразить предмет – но ничего не могут о нем сказать. Есть люди, которые часами могут рассказывать о предмете – но по окончании разговора вы так и не будете знать, как этот предмет выглядит. 10 июля 1759 года в Сен-Юбере, в Бельгии, родился человек, который объединял в себе и дар слова, и дар изображения, и научные знания – по крайней мере в том, что касалось растений и цветов. Звали его Пьер-Жозеф Редуте.

"Ваза с цветами". Судя по написанному и нарисованному Редутэ - розы были у него в особом фаворе.

“Ваза с цветами”. Судя по написанному и нарисованному Редутэ – розы были у него в особом фаворе.

Пьер-Жозеф Редуте

В 1782 году, в 23 года, Редутэ переезжает в Париж. Там он устраивается декоратором в “Итальянский театр”. А в свободное время он рисует цветы в Jardin du Roi, королевском парке, который через тринадцать лет превратится в Ботанический сад. Там случится встреча, которая определит всю его дальнейшую жизнь. Молодой художник обратит на себя внимание известного ботаника (а по совместительству – судьи) Шарля-Луи Леритье. Леритье советует Редутэ заняться анатомией, дает ему уроки препарирования растений и предоставляет свободный доступ к своим коллекциям и библиотеке. В последствии Редуте будет помогать учителю в работе над его книгами. Во время этой работы Редутэ познакомится ещё с одним человеком – с профессиональным художником и иллюстратором Жераром фон Спендонком. Фон Спендонк в это время принимал активное участие в грандиозном проекте Vélins du Roi – коллекции ботанических акварелей для короля Франции, к которому привлекает и Редутэ. Для Vélins du Roi художник создал более 500 акварелей. Вскоре Мария-Антуаннета назначила его своим придворным художником – правда встречался он с коронованными особами довольно редко. Одной из таких встреч было его посещение королевской четы в тюрьме перед казнью – он был вызван для того чтобы… зарисовать цветение редкого кактуса.

Превратности революции мало затронули Редутэ – на протяжении 90-х годов XVII века он остается популярным “цветочным” художником; в 1792 году – становится членом Французской Академии наук; в 1798 году ему начинает покровительствовать любовница члена Директории Барраса и будущая жена Наполеона Бонапарта – Жозефина Богарне. В 1805 году Редутэ опять становится придворным художником – на сей раз императрицы Жозефины. Остается он при дворе и после развода Жозефины с Наполеоном: он “по наследству” переходит к новой императрице – Марии-Луизе.

Читать далее

Египтянки глазами француза 150 лет назад.

В прошлое воскресенье мы с Вами прогулялись по Египту с французским художником Жаном-Леоном Жеромом. Но, увы, прогулка была не полной – мы не поделились с Вами главными достопримечательностями, которые наблюдал французский художник. А что есть главная достопримечательность для француза – по какой стране бы он не путешествовал? Конечно, женщины.

Египетская девушка.

Давайте же посмотрим на египетских женщин, живших полторы сотни лет назад, глазами французского живописца.
Читать далее